НАЦИЯ МЕЧТАТЕЛЕЙ
16 и 17 октября в Калининграде на площадке БФУ им. И. Канта пройдёт «ПОРТ» — форум и фестиваль игровой индустрии16+. В преддверии фестиваля углубляемся в истоки местного геймдева. Тридцать лет производства видеоигр в Калининградской области — в одном материале
НАВИГАЦИЯ
ПЕРВАЯ ВОЛНА
(1992–2000)
K-Division, K-D LAB
НОВОЕ ПОКОЛЕНИЕ
(2010 – по наст. вр.)
Panzerdog, Daily Magic, «Дарксель» и «Варяги»
ПЕРВАЯ ВОЛНА
(1992–2000)
K-Division, K-D LAB
Пережить кризис
Калининград, год 1998. В офисе компании K-D LAB наносят последние штрихи на первую большую игру, заказанную крупным издателем. Студия заявила о готовности завершить проект за полгода, однако разработка в итоге занимает в два с лишним раза дольше. В пиковые моменты над проектом трудятся до 15 человек. Работа кипит. Годом ранее, ещё до получения первого финансирования, молодая K-D LAB принимает участие в конкурсе игровых концепций ENIX Game Software Contest, который проходит в Японии. Калининградская студия занимает на нём второе место.
Андрей «Кранк» Кузьмин (справа)
— Десять тысяч долларов, которые мы выиграли, были первыми деньгами, полученными нами за игру в принципе, — вспоминал в интервью подкасту «НАША ИГРА» основатель K-D LAB Андрей «Кранк» Кузьмин. — На эти деньги мы закупили в офис мебель и купили джип автору концепции Михаилу «Снарку» Пискунову.

На следующий год K-D LAB были погружены в разработку уже своей игры и участие в конкурсе постоянно откладывали. Когда до срока подачи заявок осталась всего неделя, в офисе закатили вечеринку, на которой Кранк предложил для конкурса концепцию «косвенного управления».
— Мне всегда были близки идеи симуляции Бога, — делился Кузьмин. — Я предложил игру, в которой игрок управляет термодинамическими законами и взаимодействует с сотнями тысяч объектов.
На создание концепции и программирование было потрачено два дня. Проект получил название MOBL. «Отослали и забыли», — резюмировал потом Кранк. Когда до релиза игры, над которой K-D LAB трудились год, оставалось около трёх месяцев, пришла новость о том, что команда Кузьмина завоевала гран-при конкурса. Сумма выигрыша составила 200 000 $. Таким образом, провинциальная российская студия ещё до релиза своей первой большой игры получила мировое признание и солидный денежный приз.

— Благодаря тем деньгам мы пережили кризис 1998 года, — рассказывал Андрей Кузьмин.
Истоки Кранка
Биография создателя K-D LAB кинематографична и может послужить собирательным портретом отечественного игродела. Учился в калининградской школе № 44, увлекался физикой, химией, математикой, литературой, музыкой, историей, участвовал в олимпиадах и побеждал, был капитаном команды КВН, окончил учебное заведение с золотой медалью. А в десятом классе попал в компьютерный класс и заинтересовался программированием.

— Мне всегда хотелось создавать сущности, которые живут независимо от меня, но которые я полностью контролирую, в которые я вдохнул жизнь, — говорил Кузьмин.

В компьютерном классе Кранк начинает создавать первые игры. Первым произведением, по его воспоминаниям, была летающая тарелка — сначала вид сбоку, затем из кабины. На этом в компьютере закончилась память. Тогда же, в школе, он пробует себя в литературе.

— У меня был рассказ, который я разослал в различные журналы. В нём были две колонки, которые между собой не пересекались, но читать их нужно было параллельно. При этом написанное было между собой достаточно глубоко переплетено. По отдельности их смысл был неясен, но если читать их синхронно, становилось понятней, — объяснял в интервью Кранк. — Меня всегда интересовал не только контент, но и формы. В тексте я старался добиваться многомерности.

После школы Кузьмин поступил в Калининградский государственный университет на физический факультет и сразу же погрузился в программирование. Создавал лабораторные тренажёры, а со второго курса занялся коммерческим программированием автоматизированных систем для предприятий. На четвёртом решил собрать единомышленников: написал витиеватый манифест «Воззвание к страждущим прозелитам», развесил по университету и стал обучать программированию тех, кто на него откликнулся. Так в 1992 году возникла бригада программистов под названием K-Division, которая затем в 1995 году покинула стены КГУ, сняла офис и сменила название на K-D Lab.
«Вангеры»
Став первой геймдев-студией в Калининграде, K-D LAB в 1996 году произвела первую игру.
Скриншот из игры BiProlex+, K-D LAB, источник: kdlab.com
— Нашим боевым крещением была BiProlex+ 6+ — смесь арканоида и тетриса, в которую можно было играть вдвоём за одним компьютером, — рассказывал Кранк в интервью подкасту «НАША ИГРА».

Концептуализм, свойственный последующим творениям Кузьмина и команды, ощущался уже в этой игре, однако многие отмечали несбалансированность игрового процесса. «Для того чтобы одержать победу в верхнем, тетрисном сегменте, необходимы не только тренировки, но и некоторая доля удачи, поэтому большинство партий заканчиваются победой “Арканоида”» — указано в описании BiProlex на сайте www.old-games.ru. Сам же Андрей Кузьмин пребывал от своего творения в восторге.

— Когда я понял, что не всегда есть рядом соперник, с которым можно поиграть вместе, то написал для BiProlex+ простенький AI (искусственный интеллект. — Прим. ред.). В итоге не мог оторваться от игры несколько месяцев и постоянно думал: ведь это же я её сделал! Тогда я и понял, что могу создавать уникальные вещи, — рассказывал он.

Игра вышла бесплатно в зарождавшемся интернете и около девяти месяцев продержалась в топе мирового ресурса Download Top 40.
— Нам начали звонить и писать различные иностранцы, американцы, и рассказывать, какая у нас классная игра, — говорил Кузьмин. — Тогда пришло понимание, что игры надо делать.
Других произведений от других разработчиков из России в Download Top 40 тогда не попадало, поэтому K-D LAB заинтересовалось отечественное издательство «Бука», предложившее профинансировать разработку целой игры.
Работа над ней заняла около 18 месяцев, и в июне 1998 года, спустя несколько месяцев после выигрыша двухсот тысяч долларов в конкурсе ENIX Game Software Contest, свет увидел симулятор курьера-торговца в постапокалиптическом мире с видом сверху. Игра получила название «Вангеры»16+ и у многих вызвала ступор. У произведения была крайне запутанная вселенная, необычная зернистая психоделическая графика на основе движка собственной разработки, с трудом поддающееся логике управление и поражавший воображение огромный мир, перемещаться в котором можно было без прерываний и загрузочных экранов.

При всей странности и несмотря на высокий порог вхождения, спустя 30 лет про «Вангеров» сняты сотни видео, изданы книги, ведутся споры и имеется целая субкультура из преданных фанатов. Переизданный в 2024 году саундтрек к «Вангерам» на одной лишь «Яндекс.Музыке»12+ добавили себе в медиатеку почти 2 000 пользователей. Игра и сейчас доступна для приобретения и скачивания. Более тысячи отзывов на «Стиме» характеризуют впечатления от игры как «крайне положительные».
Скриншот из игры «Вангеры», K-D LAB, источник: kdlab.com
В «Вангерах», ставших программным заявлением K-D LAB, идеи Кранка и его студии развернулись в полную силу. Ставка была сделана на исследование огромного и странного мира, без привычной структуры миссий и уровней. Игрока просто забрасывали в иную вселенную со своими законами, без какого-либо обучения и практически без контекста. Сложную жизнь в мире «Вангеров» необходимо было постигать сразу же — в полном объёме и на практике.

Отдельного упоминания заслуживает движок игры, получивший название Surmap A-R-T, сохранявший все изменения в игре на всём её протяжении. К примеру, следы колёс мехоса (транспортного средства, за рулём которого сидят те самые доставщики-вангеры) или воронки от взрывов на поверхности планет оставались на протяжении всего сохранения. В игре можно было провести десятки часов, вернуться в исходную точку и обнаружить следы своего присутствия. А жизнь на планетах кипела независимо от нахождения на ней игрока: пока сам он занимался торговлей или общением в эскейве — одном из подземных городов, — на поверхности продолжалось движение.
Скриншот из игры «Вангеры», K-D LAB, источник: kdlab.com
Критики отмечали высокий порог вхождения в «Вангеров», запутанность игровой терминологии, но в то же время сдержанно хвалили за самобытность. Попытки западных рецензентов разобраться в игре разбивались о труднопереводимые диалоги и невозможное управление, которое, ко всему прочему, с прогрессом игрока и перемещением из одного мира в другой менялось. То есть, едва освоившись в непонятном мире со своим собственным языком и законами, игрок по мере прогресса был вынужден учиться играть заново. «”Вангеры” — один из самых оригинальных российских проектов. Это действительно гениальнейшая задумка: смешать практически несовместимые жанры — RPG и Action на колёсах. Но эксперимент не получился. На свет появилось нечто абсолютно неиграбельное», — писал в журнале «Навигатор игрового мира» обозреватель Игорь Власов.
«Самогонки»
Из «Вангеров» вытек следующий проект K-D LAB — трёхмерная полигональная аркада «Самогонки»12+. Изначально игра должна была стать ответвлением «Вангеров» и представлять собой гонки на мехосах — отсюда первоначальное название «Мехосома». Однако разработка заняла гораздо больше времени, чем предполагалось. Компании пришлось вкладывать собственные средства, проект было решено освежить и осовременить.

Изданием занялась компания «1С», которая также подписала договор на распространение следующего большого произведения K-D LAB. Тем временем команда набирала обороты:

— Когда стало понятно, что «Мехосома» — не коммерческий проект, Юлия «Улитка» Шапошникова, супруга Кранка, стала топить за то, чтобы сделать игру более доступной для широкого круга игроков. Она всегда балансировала Кранка от элитарности в сторону казуальности, как это ни странно. Видели бы вы её абстрактные картины! — вспоминает Марина «Кэтфиш» Гусева, пришедшая в K-D LAB на должность специалиста по связям с общественностью. — Издатель тоже просил сделать продукт, который можно получше продать, более понятный и менее элитарный. Гейм-дизайн проекта — результат больших споров внутри. Хотя в конечном итоге за эту часть отвечала Улитка.
Скриншот из игры «Самогонки», K-D LAB, источник: kdlab.com
Одно из самых оригинальных нововведений «Самогонок», помимо психоделического гейм-дизайна и шарообразных трасс, — возможность как «традиционного» аркадного прохождения, так и пошагового «стратегического». Грубо говоря, играть можно как непосредственно управляя мехосом, обгоняя соперников и объезжая помехи, так и заблаговременно расставляя на карте точки, через которые он проедет. Причём чем дальше эти точки находятся друг от друга, тем быстрее разгоняется гоночный аппарат, однако ведёт он себя довольно непредсказуемо. Как, впрочем, и в «Вангерах», предшествовавших «Самогонкам». Нельзя также не упомянуть, что при всей яркости и «несерьёзности» гейм-дизайна «Самогонок» сюжет и история мира, в котором разворачивается игра, необыкновенно проработаны и глубоки. На YouTube12+, в частности, содержится трёхчасовое видео с объяснением лора игры.
Художники K-D LAB и группа «Бигуди» на презентации «Самогонок» в баре «Киберда», фото из архива героев
Ввиду не слишком обширной «игрографии» K-D LAB «Самогонки» часто упускаются из виду как нечто необязательное, однако у игры до сих пор масса почитателей. К тому же в своё время она была принята заметно теплее тех же «Вангеров». Издание Game.EXE наградило её эпитетом «левая резьба», который применялся к «необычным, самобытным, странным, экспериментальным или гениально-безумным проектам, не вписывающимся в стандартные жанровые рамки». Впрочем, этого эпитета удостаивались все без исключения большие проекты K-D LAB, в том числе и следующий.
Вторая волна
(2002–2010)
«Периметр», раскол K-D Lab, возникновение HeroCraft и Realore
От «Нового наблюдателя» к «Игромании»
— Как и любой, кто рос в начале нулевых и интересовался видеоиграми, я читал журналы, — вспоминает Олег Ставицкий. — Сначала это был «Магазин игрушек», трансформировавшийся в культовый Game.EXE, во многом повлиявший на меня, на мой язык и на то, как можно об играх разговаривать, думать. В какой-то момент я решил, что тоже хочу быть игровым журналистом.
Олег Ставицкий (на передеем плане) и Кранк (за ним), фото из архива героя
Вдохновившись, Ставицкий отправился на Каштановую аллею, в офис газеты «Новый наблюдатель». Это был настоящий калининградский феномен — фактически первая соцсеть, в которой свой «пост» мог опубликовать любой желающий, вырезав из очередного номера «талончик», заполнив и отправив его в редакцию. 15-летний Ставицкий попросился писать про видеоигры, и главный редактор Александр Карпенко незамедлительно его нанял.

— Это произошло примерно в тот момент, когда вышли «Вангеры». Воспользовавшись новоприобретённым статусом журналиста, я отправил в K-D LAB электронное письмо, в котором попросил компанию предоставить мне игру, — рассказывает Олег. — Приехал в особняк на улице Тельмана, и ко мне вышел их пиарщик Алексей Постников с фирменной коробкой «Вангеров». По тем временам это было неслыханной роскошью: все игры были пиратскими и получить коробку тогда было абсолютным люксом. Я спросил, как её потом вернуть, на что Постников ответил: «Это подарок».

Игра потрясла юного журналиста: в газете «Новый наблюдатель» о «Вангерах» вышел огромный материал на два разворота.
— Это был мой первый большой текст про видеоигры. С этой статьи завязалась моя дружба с K-D LAB, — говорит Ставицкий. — Они позвали меня в гости, и я стал вхож в знаменитый особняк на улице Тельмана.
В тот момент компания уже работала над своей следующей игрой — грандиозной стратегией, завязанной на изменениях ландшафта и концепции силовых полей. Она получила название «Периметр»12+. Олегу Ставицкому предложили вести про «Периметр» «фанатский» сайт, через который компания делилась информацией и скриншотами и подогревала интерес к игре.

Это привело Ставицкого в журнал «Игромания»: с ним связались и попросили написать статью про следующий проект K-D LAB. Текст редакции понравился, Олега пригласили в Москву, где он стал редактором издания и в общей сложности проработал в «Игромании» восемь лет.
«Периметр»
Вокруг «Периметра» K-D LAB удалось поднять нешуточный хайп. Игру действительно ждали и интересовались — проект выглядел потрясающе, предлагал целый ряд смелых жанровых инноваций и грозил поделить историю стратегий в реальном времени на до и после.

Главным нововведением стал терраморфинг. Основным ресурсом в «Периметре» является энергия, но для того, чтобы её получить, игрокам необходимо менять ландшафт: выравнивать карты, чтобы строить на них сооружения, которые смогут связываться между собой потоками энергии и образовывать силовые поля для защиты от врагов. Другое нововведение было связано с юнитами — солдатами и работниками на поле боя. В казармах игрок мог создавать лишь простейшие виды, а чтобы получать сложные модели — более разрушительные, дальнобойные, точные или летающие, — этих юнитов было необходимо соединять между собой в разных пропорциях. Ко всему прочему перестраивать юнитов можно было прямо на поле боя, адаптируясь под задачи конкретного момента. К примеру, они могли собраться в летающие корабли, чтобы перелететь через горный хребет, а за ним распасться на танки и атаковать.
Скриншот из игры «Периметр», K-D LAB, источник: kdlab.com
При этом, как всегда у K-D LAB, сложный и запутанный сюжет «Периметра» плотно связан с «Вангерами»: игра является приквелом историй о мехосах и обитает с ними в одной вселенной.

Из-за новизны идей и отсутствия референсов разработка «Периметра» велась тяжело. Игра несколько раз глобально переделывалась, ряд концепций и терминологий упрощались (впрочем, без потери оригинальности), программисты менялись. Показы «Периметра» на различных выставках и шум в прессе связали K-D LAB с мировыми брендами: производители процессоров ATI Technologies и Intel включили калининградскую игру в свои демонстрации как одну из наиболее инновационных, красивых и технологичных. У «Периметра» также появился крупный зарубежный издатель Codemasters, который позаботился о том, чтобы про проект писала иностранная пресса.

— Все были очень заинтересованы игрой, даже те, от кого мы никогда не ожидали какого-то возбуждения, — рассказывал Андрей «Кранк» Кузьмин.
«Периметр» увидел свет в мае 2004 года, и, как в случае с «Вангерами», мнения разделились. В России проект был принят тепло: российские рецензенты восхищались оригинальностью видения K-D LAB, почитатели игры образовывали кланы для игры по сети, а на Конференции разработчиков видеоигр — 2003–2004 «Периметр» удостоился призов в номинациях «Лучшая технология» и «Лучший игровой дизайн», а также стал лучшей PC-игрой. Западные же игроки в очередной раз упёрлись в запутанный сюжет о психосферах, спиритах, легатах и фреймах, неочевидные механики, специфичность и неоднозначность готового продукта.

Сам Андрей Кузьмин был не слишком доволен получившимся результатом. Для того чтобы вписаться в установленные зарубежным издателем сроки, K-D LAB пришлось упрощать игру, выкидывать из неё придуманные, но не доработанные до конца механики, а также целые куски сюжета и миссий. Обо всём этом впоследствии напишет в своей ретроспективной рецензии издание GameSpot:

«При всех достоинствах “Периметр: Геометрия Войны” — определённо игра не для всех. К большому сожалению. Необычная вселенная и нестандартный подход к стратегии стоят внимания любого, интересующегося как жанром RTS, так и научно-фантастическим сеттингом. Но увы, отсутствие внятного введения, пресная подача сюжета «говорящими головами» и технические проблемы не позволят (точнее, уже не позволили) игре стать достаточно массовой и занять достойное место в истории игр».

На западе «Периметр» покажет низкие продажи и не оправдает надежд.

— Все эти громоздкие концепции и психосферы… — рассуждает разработчик и ветеран калининградского геймдева Андрей Шапуро. — Вот если бы у «Периметра» был понятный лор: мы против пришельцев или эльфы против орков, то, думаю, с теми геймплейными нововведениями типа изменяемого ландшафта и пересборки армий это был бы хит хитов. А так, на мой взгляд как игрока, получился хороший продукт, но очень на любителя.
Развод
— В целом для K-D LAB успех игры был вполне себе нормальный. «Периметр» был издан на Западе, был хороший аванс. Не миллионы, конечно, но какие-то приличные по тем временам роялти, — вспоминает Марина «Кэтфиш» Гусева. — Просто после выхода «Самогонок» и в начале разработки «Периметра» как раз произошли изменения в личной жизни лидеров команды. У Улитки и Кранка родилась дочь, и почти сразу после этого они разошлись как семейная пара. В компании образовались новые отношения.
Марина «Кэтфиш» Гусева и Андрей «Кранк» Кузьмин
По словам Гусевой, Андрей Кузьмин хотел реализовывать свои идеи, не всегда самые коммерческие. Сразу после выхода «Периметра» и по окончании КРИ-2004 Кранк заручился поддержкой «1С» и объявил об уходе. Наложились и сдача большой и сложной игры, и рост компании, и личные изменения.

K-D LAB он оставил бывшей супруге Юлии «Улитке» Шапошниковой (ставшей затем Новиковой), а сам создал KranX — студию, которая совместно с «1С» занялась продюсированием проектов и помощью в доведении их до «товарного» вида. Офис открыли на побережье, в Светлогорске.
В KranX придёт и Олег Ставицкий, спустя несколько лет работы в «Игромании» осознавший, что пора делать игры самому. За полтора года работы с Кранком он наберётся опыта, чтобы запустить сначала BUBL6+ — детскую развивающую игру на iPad, а затем создаст Endel12+ — популярнейшее приложение с генеративной музыкой для работы и сна.
Олег Ставицкий в офисе KranX, фото из архива героя
— Когда я пришёл в KranX, компания разрабатывала одну свою игру и вела несколько сторонних проектов с подачи «1С», — вспоминает он.

Своей игрой стали «Нямстеры» (Yumsters)6+ — простенькая, но обаятельная головоломка в двух частях про цветных червячков, поедающих фрукты. За десятилетие KranX спродюсировали «Не время для драконов» — RPG по вселенной Сергея Лукьяненко и Ника Перумова, «игрофильм» «Правда о девятой роте» — реконструкцию сражения Афганской войны, стратегию Monster Mash, а также другие проекты. Из собственных стоит отметить разработанную KranX музыкальную головоломку Musaic Box, удостоенную многих наград, а также Majesty 2: The Fantasy Kingdom Sim для платформы Nintendo DS и стратегию King’s Bounty: Legions, вышедшую в социальных сетях.
Скриншот из игры «Нямстеры», KranX, источник: neodinamika.ru
K-D LAB тем временем регистрирует торговую марку «КД Вижен», становясь правопреемником всех продуктов и технологий компании. В дальнейшем компания выпустила дополнение к игре «Периметр» — «Завет Императора», стратегию в реальном времени Maelstrom: The Battle for Earth Begins, а также «Периметр 2».

Свои отношения с Кранком Ставицкий вспоминает с теплотой, называя его человеком непростым, но очень интересным.

— Я могу с уверенностью назвать его своим ментором. Делать абстрактное цифровое искусство массовым, делать массовые продукты с понятной функцией (будь то детские игры или музыка для сна), но которые выглядят как искусство и в которых взаимодействие с пользователем устроено как у диджитал-арта, — этот подход у меня от Кранка, — рассуждает Ставицкий. — Меня всегда веселило то, что он считал, что пытается делать максимально простые и понятные вещи. Но из-за того, как у него работала голова, он производил такие игры, как «Вангеры» и «Периметр», — сложные, высококонцептуальные миры.

K-D LAB он называет первой по-настоящему крутой российской инди-студией.
HeroCraft
В 2002 году в Калининграде возникает ещё одна студия — HeroCraft. Она делает ставку на принципиально новое направление — мобильные игры. Мобильные устройства в то время были громоздкими, трудноуправляемыми и преимущественно чёрно-белыми, однако в Калининграде в них уже видели огромные перспективы. Пока большинство студий пытались выпускать большие ПК-игры, HeroCraft зарабатывала на Java-играх для Nokia, Siemens, Sony Ericsson, позже перейдя на iOS и Android.

Со временем HeroCraft стала одним из крупнейших мобильных издателей России, а затем начала выпускать игры и для Steam. За годы существования они произвели огромное количество продуктов.

— Во внутренней базе проектов сейчас счётчик стоит на цифре 593, а записей — 486. То есть часть проектов умерла на какой-то ранней стадии. Часть — это разные версии: бесплатные или премиальные. Если их отфильтровать, останется 407 игр, над которыми мы поработали, — рассказывает генеральный директор HeroCraft Павел Проконич. — Если вдуматься в цифру, то это, конечно, отвал башки, потому что в компании никогда не работало много людей. Сейчас у нас, конечно, не такой конвейер, но всё равно одновременно оперируемых в разной степени игр больше пятидесяти.
Команда HeroCraft (Павел Проконич — в чёрном, по центру), фото из архива героя
На момент создания HeroCraft, по словам Павла, в компании было четверо программистов, поэтому в этот же день студия начала делать сразу четыре игры для чёрно-белых Nokia 3410 и Siemens C65.
— Экранчик 96 х 65 пикселей, 50 килобайт на графику, озвучку и код, — вспоминает он. — В эти размеры решили уместить два платформера, один пазл и даже одну RPG под названием Kamikaze: The God’s Wind12+.
Самым известным и сложным проектом тех времён, по его словам, была стратегия Revival16+. В случае с ней HeroCraft удалось вместить в мобильный телефон полноценный клон Civilization.

В 2003 году HeroCraft удаётся подписать договор с Jamba — немецким порталом, продающим Java-игры в Германии и по всей Европе.

— Наши игры в какой-то момент появились на главной рядом с играми Gameloft и других европейский больших студий. Первый отчёт о продажах мы получили на целых 20 тысяч долларов. Для нас на тот момент это были безумные деньги, на них мы работали полгода. Радости не было предела, — говорит Проконич. — Ну и пришло понимание, что мы не просто так занимаемся интересным творчеством, что на этом можно зарабатывать и что играть в наши игры интересно не только нам.

HeroCraft стали премиальным партнёром Nokia, выигрывали игровые номинации от компании Samsung. Но затем компания столкнулась с испытанием в виде появления смартфонов с тачскрином и магазинов приложений. Немалую часть наработанного опыта, по словам Павла, пришлось выкинуть. Команда была вынуждена заново учиться делать интерфейсы и управление в играх, учиться free-to-play-монетизации и сервисной модели. Вышедшая в 2016 году стратегия Space Arena12+ стала поворотным проектом — первой по-настоящему удачной игрой на этом поле и флагманом компании, живущим и по сей день.

HeroCraft не просто занимают новые платформы и осваивают новые способы для взаимодействия с игроками — мобильные. Они становятся своего рода передовиками глобальных перемен в игростроении, сдвига в финансовых моделях, которые происходят с распространением мобильных устройств.
Андрей Шапуро
— Игры бывают двух видов. Первый — это платный, когда ты платишь один раз и получаешь целую игру, — объясняет Андрей Шапуро. — Причём есть два способа продажи: либо ты читаешь отзывы и покупаешь игру, либо играешь первый час или полчаса бесплатно, а потом платишь. Так игры продавались до появления «мобилок». Второй — это бесплатные приложения со встроенными покупками или внутренней рекламой.

Игры с внутриигровыми покупками, так называемые free-to-play (F2P), Шапуро называет «убийцами интересных игр». Победа в них зависит от навыков и ума игрока, а не от того, что разработчики специально создали проблемы, которые тот вынужден решать за деньги.
— Разработчики не хотят делать F2P-игры, они их ненавидят, — говорит он. — Но по-другому деньги не заработать. Игра, которая продаётся за деньги, Kingdom Rush12+ какой-нибудь — приносит миллионов пять долларов. Ну десять максимум. А Doppelscape12+, например, принёс миллиард.
HeroCraft осваивает эти модели игр. Они активно работают с лицензиями и успешными брендами, портируют игры с одних платформ на другие, работают в качестве издателя, а также создают полностью собственные продукты.
Скриншот из игры Warhammer 40,000: Space Wolf, HeroCraft, источник: herocraft.com
Один из самых известных проектов компании — Warhammer 40,000: Space Wolf18+, вышедший в 2014 году. Это сложная пошаговая стратегия, основывающаяся на механике тактической карточной игры. Игра вышла по лицензии правообладателя Games Workshop — британской компании, создавшей вселенную Warhammer и одноимённую настольную игру Warhammer 40,000. Для калининградской студии работа на столь высоком уровне и с подобной ответственностью — ситуация довольно фантастическая. В течение пяти лет с момента появления Space Wolf вышел на множестве платформ — от Mac и PC до Nintendo Switch, Xbox One и Playstation 4.

— Сейчас по лицензиям мы не работаем. Сложно это и рискованно, — говорит Павел Проконич. — Warhammer 40,000: Space Wolf был последним нашим подобным кейсом. Это сложный в разработке проект, по которому многие знают студию, но в финансовом плане он оказался далёк от надежд, которые мы на него возлагали.

Свежий хит компании, вышедший в марте 2026 года Pirate Ships12+, — смесь стратегии, RPG и автобаттлера (то есть битвы в ней происходят в автоматическом режиме). От игрока в игре требуется строить флот, кастомизировать и прокачивать пиратские корабли и персонажей.

Realore
Одновременно с HeroCraft, в 2002 году, возникает студия под названием Realore. Уставной капитал компании составляет всего 140 долларов — их хватает на то, чтобы на несколько месяцев арендовать сервер для загрузки первых проектов и создать простенький веб-сайт. Пятеро студентов распределяют между собой обязанности и метят в незанятую нишу — казуальные игры для женщин и детей.
Наталья Матвеева
— Большинство игр ориентированы на мужчин и подростков, — объясняла в 2011 году в интервью YouTube-каналу «Бизнес-секреты» соосновательница Realore Наталья Матвеева. — Я играю с 12 лет — у меня отец моряк, он привёз мне приставку Dendy, и моей первой игрой была Super Mario. Я решила не слишком далеко уходить от детских хобби и заняться играми для своей аудитории — специфической, женской.

Realore сразу же целятся на международный рынок: их сайт и игры выпускаются на английском языке.
— Рынок в России для таких игр тогда ещё не существовал, а в Штатах он только-только зарождался, — рассказывала Матвеева. — Более-менее о женских казуальных социальных играх у нас начали узнавать только к 2006 году. Мы были одними из первых, кто вывел их на русский рынок. И то это было чисто альтруистическое желание: чтобы наши игры попробовали мои знакомые, подруги. Чтобы они тоже были причастны и испытали радость.
KranX, HeroCraft и Realore были настоящими кузницами кадров: работники этих компаний уходили, переходили в другие студии и создавали свои.

— В Realore платили немного, но была атмосфера. Было весело-задорно, — вспоминает Андрей Шапуро, перешедший туда на постоянную работу в 2010 году.

Большими хитами компании были «Ферма Джейн»6+ и «Дороги Рима»6+ — игры-фермы и казуальные стратегии, в которых надо было растить урожай и прокладывать пути.
Скриншот из игры «Ферма Джейн», Realore, источник: qumaron.com
— «Ферма Джейн» выходила в VK и была невероятно популярна. Как-то раз во время собеседования я упомянул, что компания, в которой я работал, создала эту игру, и это произвело колоссальный фурор, — вспоминает Иван Поляков, поработавший в калининградских Realore и G5. — Кстати, VK долгое время считалась крайне интересной платформой для игр. Было крутым выходить не на стандартных «мобилках» или ПК, а в соцсети.
Katauri Interactive
Спустя время 2002 год вообще видится переломным, вобравшим в себя множество знаковых для всего российского геймдева событий.

На другом конце страны (считай, планеты), во Владивостоке, молодой программист Дмитрий Гусаров, привлекший ранее внимание инди-разработкой под названием «Генерал», доводил до ума игру «Космические рейнджеры»12+:

— Я закончил и начал бегать по издателям. Договор с «1С» заключал от лица компании, принадлежавшей маме программиста, с которым я тогда работал. У неё была открыта фирма под продажу спиртных напитков, — вспоминал он в интервью. — Когда мы делали вторых «Космических рейнджеров», с программистом мы поссорились, и нам ничего не осталось, как открыть свою компанию. Назвали мы её в честь клисанского истребителя — «Аннигилятора Катаури».
Дмитрий Гусаров
«Космические рейнджеры»
Клисаны — одна из рас «Космических рейнджеров», невероятно глубокой игры, по степени буйства фантазии способной потягаться с творениями Андрея «Кранка» Кузьмина. Команда, работавшая над игрой, состояла из совсем юных программистов и дизайнеров.

— Когда я делал первых «Рейнджеров», всем кораблям я подбирал такие имена, чтобы по ним можно было понять их характер. Конкретно Katauri — истребитель, лёгкий, но агрессивный. Поэтому я назвал его таким японским именем, — объяснял Дмитрий Гусаров.

Одним из юных коллег создателя «Рейнджеров» стал 20-летний Александр Язынин, на тот момент только что окончивший художественное училище во Владивостоке.

— Сразу после учёбы знакомые пригласили меня поработать в веб-дизайн-студию. Я совершенно ничего в этом не понимал, но там был доступ к интернету: выделенная линия, быстро загружались картинки, — вспоминает Язынин. — Во время рабочего дня я зашёл на форум VL.ru и тут же наткнулся на объявление: «Приглашаем поработать над игрой, ищем художника». Я откликнулся и обнаружил: чтобы увидеться с автором объявления, мне нужно было пройти буквально один дом. Работа в веб-дизайн-студии закончилась в 18 часов вечера, я прошёл этот один дом и обратно уже не вернулся. По-хорошему, меня всё равно следовало оттуда уволить.
Александр Язынин
На дворе 2000 год, ни о какой оплате труда не может быть и речи. Игра делается на альтруистических началах. Но вскоре Александр Язынин становится совладельцем Katauri, а «Рейнджеры» — классикой.

С произведениями Кранка «Космических рейнджеров» роднит эклектичный микс из различных жанров. Это одновременно и ролевая игра, и пошаговая стратегия, и текстовый квест, и в том числе аркада, в которой надо стрелять и преследовать оппонентов. Игрок «Рейнджеров» путешествует между мирами, выполняет задания, торгует, пиратствует и улучшает свою технику. Игроков в первую очередь цепляет головокружительная свобода и продуманность вселенной, которая не вертится исключительно вокруг них, но живёт своей собственной жизнью. Другие рейнджеры, управляемые компьютером, постоянно воюют и торгуют между собой, а также с упомянутыми выше клисанами. Что-то напоминает, не так ли?
Скриншот из игры «Космические рейнджеры», Katauri Interactive, источник: katauri.com
На разных концах страны разработчики мыслят в одном направлении. И спустя несколько лет их пути пересекаются.

Появившись на рынке, «Космические рейнджеры» тут же становятся культовыми. Это необычная игра с самобытным видением и эпическим размахом. Отечественный ресурс Absolute Games называет «Рейнджеров» лучшим отечественным проектом 2002 года, а журнал Game.EXE ставит 4,7 балла из пяти и вручает отметку «Наш выбор». Издатель «1С» рассчитывает получить к игре лёгкое дополнение и по-быстрому заработать, однако Гусаров и команда ставят перед собой куда более глобальные цели.

— «1С» с удивлением обнаружили, что игра без всякой рекламы набрала обороты, и сказали: сделайте нам быстро аддон. Я подписал договор на 15 000 $ с хорошим процентом, — вспоминал Гусаров в интервью. — Мы сняли офис, взяли на зарплату сотрудников, все начали ходить на работу. Однако срок, на который мы подписались, был очень маленьким — всего порядка полугода. За это время я не успел реализовать в игре никакие из своих идей. Мы только-только набрали людей и не понимали, с какой скоростью они работают.
Скриншот из игры «Космические рейнджеры 2: Доминаторы», Katauri Interactive, источник: katauri.com
Начались споры с «1С». Гусаров считал, что на первом месте — крутость и репутация студии и стремление дать игрокам максимально иммерсивный опыт. Коллеги Дмитрия по Katauri также были людьми идейными. В итоге вместо шести месяцев работа над сиквелом заняла все восемнадцать. Но оно того стоило: «Космические рейнджеры 2: Доминаторы»12+ стали классикой, эпохальной игрой, выдержавшей множество переизданий и до сих пор обретающей новых последователей. Вторые «Рейнджеры» окончательно развязали руки Katauri Interactive: с тех пор компания была в плюсе.
King’s Bounty
Следующим проектом был «King’s Bounty: Легенда о рыцаре»12+ — ремейк игры 1990 года, бывшей некогда предвестником серии Heroes of Might and Magic. Подзабытый бренд приобрели за символические деньги, но он принёс пристальное внимание к игре на Западе. Название оригинальной игры ещё не забылось, а владивостокская студия сумела вдохнуть в бренд новую жизнь. «Легенда о рыцаре» имела огромный успех, снискала множество наград и удостоилась положительных отзывов в прессе — как отечественной, так и иностранной.
Скриншот из игры «King’s Bounty: Легенда о рыцаре», Katauri Interactive, источник: katauri.com
— Мне King’s Bounty нравится прежде всего тем, насколько она получилась цельной. Там очень удачно смешаны RPG, исследование мира и пошаговая тактика, — рассуждает Иван Поляков, которому Katauri дала первую работу в геймдеве. — У неё есть собственный юмор, огромное количество странных ситуаций и очень приятное ощущение путешествия по фэнтезийному миру. И, наверное, самое крутое то, что при всей своей нишевости это была игра, которую заметили далеко за пределами России.

В процессе работы над игрой Дмитрий Гусаров побывал в Калининграде, сдружился с Кранком и всерьёз задумался о переезде. В пользу этого играли близость и к Европе, и к российской столице: в отличие от Владивостока, из Калининграда слетать в Москву по делам было гораздо менее проблематично.

— Билеты из Владивостока в Москву стоили порядка 1 000 $. Один выезд на встречу с издателем стоил существенных денег, мы не могли просто взять и позволить это. Мы летали только на конференции и выставки, — вспоминает Александр Язынин, ныне главный художник и совладелец Katauri.

Дмитрий Гусаров вернулся из Калининграда во Владивосток и объявил о том, что переезжает, призвав коллег последовать за собой. У Язынина только что родился сын. Но, по его собственным словам, у него не было вариантов не последовать за компаньоном.
— Я занимаюсь любимым делом, я не могу его бросить. Это дело моей жизни. Всё! Если бы я остался [во Владивостоке], я бы уже в это не вернулся, — говорит Александр. — У нас за плечами на тот момент уже были успешные проекты. Даже речи не было о том, чтобы это бросить.
В 2008 году, после выхода «Легенды», Katauri Interactive перебралась в Калининград. Язынин поехал вместе с командой, а через год перевёз из Владивостока всю семью.

В Калининграде Katauri создали продолжение King’s Bounty под названием «Принцесса в доспехах»12+. Игра появилась на прилавках в апреле 2009 года. Как и в случае со вторыми «Космическими рейнджерами», произведение было не просто дополнением, но вполне себе самостоятельной игрой, существенно углублявшей идеи, заложенные в первой части, и раскрывавшей механики первой игры с лучшей стороны.
Скриншот из игры «King’s Bounty: Принцесса в доспехах», Katauri Interactive, источник: katauri.com
Royal Quest
Следующий проект студии — многопользовательская ролевая игра Royal Quest12+ — стал для калининградца Ивана Полякова первой работой в геймедве:

— Я слушал много музыки и играл на разных инструментах. Арт-директору Katauri нужен был человек, который полностью возьмёт на себя звуковую составляющую. Нужно было объяснять композиторам, что мы от них хотим, отслушивать материал, выбирать лучшие варианты, согласовывать с арт-директором и вставлять это в игру.

Поляков расставлял звуки на игровой карте, «красил» дорожки с различными покрытиями разными типами звуков, проставлял звуки воды.

— В целом это была достаточно режиссёрская работа, — рассуждает Иван. — В финале нужно было пробегать персонажем всю местность и проверять, чтобы всё работало корректно.
Иван Поляков, фото из архива героя
Через работу со звуком Иван попал в поддержку, а затем в тестировщики. Следующее десятилетие Поляков работал в Realore и G5.

Совладелец Katauri Александр Язынин нежно любит Royal Quest и считает её хорошей игрой — даже несмотря на то, что этот проект не был столь же коммерчески успешен, как предыдущие игры студии. После неё компания, переехавшая из Владивостока в Калининград, решает действовать аккуратно: браться за проекты более простые, но в то же время надёжные — такие, на которых можно как следует заработать.

В 2013 году создатели Katauri Interactive Дмитрий Гусаров и Александр Язынин объединяются с Кранком и вместе создают компанию под названием «Неодинамика». Компания специализируется на простых, но качественных мобильных играх.
Александр Язынин, Дмитрий Гусаров и Андрей «Кранк» Кузьмин — «Неодинамика»
— Сказалось то, что у нас к этому моменту уже были семьи, всем хотелось попросту спокойней жить, — объясняет Язынин. — После Royal Quest нам было тяжело возвращаться в большие проекты.

На счету «Неодинамики» — мобильный хит Little Big Snake0+ и браузерная MMORPG Music Wars6+.
Новое поколение
(2010 — по наст. вр.)
Panzerdog, Daily Magic, «Дарксель» и «Варяги»
Daily Magic
Студия Daily Magic была основана в 2009 году тремя выходцами из компании Realore во главе с Марианной Шилиной (Вальехо). Компания специализировалась на играх в жанре hidden object — головоломках, в которых игроку необходимо находить на насыщенном множеством деталей экране объекты из списка.

Прямо на старте Daily Magic попала под крыло крупного издателя Big Fish, что помогло им успешно выпускать проекты один за одним. В среде разработчиков видеоигр Daily Magic обрела славу кузницы кадров.

— Там платили мало, над играми трудились буквально студенты, — рассказывает Андрей Шапуро, работавший в Realore и затем G5. — Но в Daily Magic можно было за год-два набраться опыта и затем уйти в более крупную компанию. Частая история, когда туда заходили «джунами» — младшими разработчиками, а спустя пару лет приходили в другие компании уже на позиции «мидлов» — средних специалистов.
G5
Студия Realore прекратила существование в 2015 году. Его тогдашний директор по маркетингу Ольга Абакаева договорилась с издателем G5 о сохранении значительной части коллектива и её переходе под новую вывеску.
— Особенно ценно было то, что это была полностью собранная команда, готовая работать, — рассказывает Андрей Шапуро. — Подписали около 20 человек разом.
Основанная в Москве в 2001 году и имеющая головной офис в Стокгольме, G5 залетела на калининградский рынок геймдева, можно сказать, выбив дверь ногой. Всё произошло в конце 2015 года.

— Они нанимали тех, кого считали проверенными. Туда приходили люди из Realore, KranX, HeroCraft, Daily Magic, — рассказывает Иван Поляков, перешедший в G5 из компании Realore. — Одно время G5 была, можно сказать, топовой компанией в Калининграде. Денег они платили достаточно, поэтому проблемы кого-либо перекупить перед ними вообще не стояло. Они могли позволить себе любого специалиста в Калининграде.
Скриншот из игры Mahjong Journey, G5, источник: g5.com
В Калининграде G5 разрабатывали и поддерживали две игры. Первая — Mahjong Journey6+ — классика, в которой игроку необходимо разбирать пирамиду из плиток, находя парные. Вторая — Special Enquiry Detail12+ — игра в жанре hidden object, в которой нужно находить спрятанные на экране предметы.

— По сюжету ты ведёшь полицейское расследование и тебе нужно найти улики, которые спрятаны на экране, — рассказывает Поляков. — Типа лом, которым кого-то ударили по башке. Игра интересна тем, что она устроена как уголовное дело. А «Маджонг» был один из лучших на рынке. У нас и прибыли от него были очень хорошие.
Panzerdog и их Tacticool
В 2016 году возникает студия Panzerdog. Её основатели Сергей Козьяков и Алексей Сазонов работали до этого в HeroCraft. Штаб-квартира компании находится в Хельсинки, офис разработки — в Калининграде. Для создания первого же проекта — мультиплеерного шутера Tacticool16+ — им удаётся привлечь инвестиции в размере 800 000 евро.
Основатели Panzerdog Алексей Сазонов и Сергей Козьяков, фото: Светлана Андрюхина, «Королевские ворота»
— Это в самый раз. Для того этапа, в котором мы находимся, достаточно, — комментировал сделку в интервью порталу NewKaliningrad.ru Сазонов. — Разумеется, многие зарубежные компании располагают гораздо большими бюджетами, у них больше денег на раскрутку. У нас таких финансовых возможностей нет, и мы рассчитываем на высокую виральность игры и на продвижение партнёрами.

Tacticool — free-to-play-шутер с видом сверху, в котором друг с другом сражаются две команды по пять человек. По небольшим картам можно перемещаться на своих двоих либо на автомобиле с установленной на нём пушкой. Игроки должны захватить и удержать флаг в виде красного рюкзака с деньгами. Победитель определяется именно по очкам: чья команда наберёт больше по истечении раунда или первой заработает сотню, тот и царь горы. Игра выходит в 2018 году и тут же становится очень популярна. К 2020 году общая выручка от игры превышает 20 миллионов долларов, а общее число скачиваний переваливает за 15 миллионов.

При этом обозреватели отмечают проблемы игры: несбалансированность, бесполезность и сложность управления автомобилями, а также периодические задержки интернет-отклика.
Скриншот из игры Tacticool, Panzerdog, источник: tacticool.game
«Tacticool — довольно неплохой проект, чтобы скоротать поездку на транспорте или скучнейшую лекцию в университете. У игры имеется ряд проблем, которые, по-хорошему, нужно править, но, даже несмотря на них, играть представляется возможным, и даже с долей удовольствия», — пишут на интернет-ресурсе DTF.ru.

В 2019 году контрольный пакет акций Panzerdog приобрела MY.GAMES, а в 2020 году Сергей и Алексей покинули операционное управление, оставшись финансовыми акционерами. Других игр, помимо Tacticool, компания не произвела, однако та единственная принесла выручку около 75 миллионов долларов и продаётся до сих пор.
«Дарксель» и «Варяги»
Сооснователь студии «Дарксель» Михаил Долгобородов переехал в Калининград в 2014 году. Тогда он работал гейм-дизайнером в Aigrind и руководил разработкой проекта Skylore.
— В 2018 году мы с партнёром решили, что пора делать что-то своё. Плюс мне хотелось принимать больше решений. В результате сделали свою компанию, — рассказывал Долгобородов в интервью VK Play.
Михаил Долгобородов, фото из архива героя
«Дарксель» занимается небольшими мобильными и браузерными проектами — их в портфолио компании уже больше 60. Однако в планах — разработка и большого ПК-проекта.

— Задумка была сделать игру про экспедицию Семёна Дежнёва на Дальний Восток. Мы сделали несколько демок, свозили их на разные конференции, послушали, что сказали эксперты, и поняли, что своими силами мы этот проект не осуществим.

Поняв, что историю про Дежнёва воплотить не удастся, Михаил Долгобородов нашёл средства для другого проекта и под него организовал новую студию под названием «Варяги».

Скриншот из игры «Разведка: 1944», «Варяги» источник: varangs.ru
«Разведка: 1944»16+ — изометрическая тактическая игра в реальном времени с элементами стелса, в которой игрок выступает командиром группы советских разведчиков, заброшенных в Восточную Пруссию осенью 1944 года. В основу игры легла история легендарной диверсионно-разведывательной группы «Джек». Задача — получить разведданные и нанести точечные удары по силам противника в преддверии наступления Красной армии. Выход проекта намечен на четвёртый квартал 2026 года.
В каком-то смысле этот проект замыкает круг: калининградский геймдев наконец-то пришёл к тому, чтобы создать игру про Калининградскую область.
ЧТО ДАЛЬШЕ?
Прозвучит банально, но разработка видеоигр переживает непростое время. С одной стороны, отечественные компании в значительной степени лишились выхода на западный рынок и иностранного финансирования. Многие компании перенесли свои юридические лица за границу, а вместе с ними — и команды.

— В начале 2022 года мы должны были начать эксклюзивно работать с [издателем] Lion Studios, — вспоминает Михаил Долгобородов. — Но случились известные события, и нам прислали бумажку о том, что нам могут заплатить остаток денег, только скажите куда. После этого они наотрез отказались с Россией работать, сказали: хотите — уезжайте, хотите — делайте иностранные юрлица.

Но в то же время нашлись и другие издатели, которые к сотрудничеству с российскими компаниями относились вполне лояльно. Всё же работать из России, по словам Долгобородова, возможно, хоть готовы к этому и не все.

Но это лишь одна проблема. Другая — ещё более глобальна, и заключается она в наступлении по всем фронтам искусственного интеллекта.

— В индустрии сейчас кризис: можно просто посмотреть на количество сокращений в различных компаниях по всему миру. Это видно, — говорит Александр Язынин из Katauri (ныне — «Неодинамика»). — Разработка игр стала слишком дорогой, а игры стоят слишком дёшево. Кроме того, выходит невероятное количество игр, созданных при помощи ИИ. За последний год на Steam вышло что-то около 21 000 игр — больше 1 000 проектов в месяц только на одной платформе. Разобраться в этом невозможно, при этом 60% проектов сделаны с помощью ИИ за короткое время. Это нейрослоп, мусор, но он занимает нишу. К чему это приведёт — непонятно.

Есть и другое мнение. Переехавший в Калининград несколько лет назад гейм-дизайнер, инди-разработчик и популяризатор авторских видеоигр Сергей Гимельрейх видит в сложившейся ситуации позитивные моменты.
Сергей Гимельрейх
— Я считаю, что в геймдев изначально приходят мечтатели — люди, которые хотят творить. И сейчас как раз наступает время мечтателей, потому что появился инструментарий, который заменит рутинный труд, требующий сотни часов времени, оставив пространство для творческого поиска и улучшений продукта, — рассуждает Гимельрейх, — Пока мы с вами разговариваем, моя ИИ-студия в лице арт-директора, дизайнера и разработчика прямо сейчас работает. Я допью кофе и пойду смотреть результат.

Проблема с авторским контентом, по словам разработчика, всегда заключалась в том, что под него сложно найти коллектив. Сейчас же всё можно делать в одиночку, создать виртуальных помощников, помогающих реализовать мечту. При этом коллаборации между авторами не исчезают: сила по-прежнему лежит в творческих союзах.

— Фокус смещается на творчество вместо рутины, и это очень здорово, — говорит Сергей. — Я смотрю в будущее с оптимизмом: в ближайшие годы мы увидим гораздо больше интересных проектов, чем раньше.
ВСЕ НА «ПОРТ»!
Познакомиться с легендами калининградского геймдева и обсудить, как будет развиваться индустрия, можно уже 16–17 октября. В Калининграде на площадке БФУ им. И. Канта пройдет «ПОРТ»16+ — форум и фестиваль игровой индустрии. Для профессионалов это возможность встретиться с коллегами и обсудить индустрию, для начинающих — узнать о карьерных возможностях и познакомиться с работодателями, а для широкой аудитории — увидеть, как создаются игры, пообщаться с разработчиками и принять участие в тематических активностях. В программе — российский геймдев на международных рынках, искусственный интеллект, инвестиции и господдержка, карьера в индустрии и влияние игр на человека.
Организатор — Центр «Мой бизнес» (Фонд «Центр поддержки предпринимательства Калининградской области») при поддержке Министерства экономического развития, промышленности и торговли Калининградской области. Поддержка предпринимателей осуществляется по нацпроекту «Эффективная и конкурентная экономика».